Максим Исаев и Павел Семченко

Люди

"Мера тел", Театр "Провинциальные танцы", Екатеринбург соместно с Инженерным театром "AXE", Cанкт-Петербург


Как так случилось, что Инженерный театр «AXE» и танцевальная компания «Провинциальные танцы» все-таки встретились?

Семченко: У «Провинциальных танцев» есть такая тенденция постоянно приглашать новых режиссеров, хореографов…

Исаев: И мы с Таней Багановой познакомились в городе Роттердам где-то двадцать лет назад. Она тогда была такая, собственно, как и сейчас, очень решительная, целеустремленная. Ехала под зонтиком на велосипеде по дождливому Роттердаму, мы переходили улицу и как-то бац – все оказались русскими и на одном фестивале. И сказали: как же так, надо что-нибудь замутить вместе. И вот двадцать лет мутили-мутили…

Семченко:
Ждали момента.

Исаев: А потом как-то сложилось все, да.

Вы работали со многими танцевальными коллективами, участвовали в танцевальных проектах. Какими отличительными особенностями обладают «Провинциальные танцы»? Какие сильные стороны у труппы?


Исаев: Во-первых, конечно, феноменальная подготовка.

Семченко: Это точно.

Исаев: Это очень круто! Во-вторых, работоспособность, исполнение. Все те необходимые качества. Например, как они серьезно относятся к разогревам, ко всем классам, к йоге. Люди осознанно воспринимают свое тело как инструмент и затачивают его.

В различных интервью вы неоднократно подчеркивали, что вы взаимодополняете друг друга. Один идет через чутье и сердце, а другой – через ум и рефлексию.


Исаев: Ну, это не совсем так. Это же условное деление. Но можно и так сказать, если хотите.

Семченко: Периодически это меняется, эта валентность переходит от одного к другому.

Совместная работа с «Провинциальными танцами» озаглавлена как «Мера тел». С точки зрения художников в какой системе координат находится тело?

Исаев: Есть еще и физическое тело, геометрическое тело. Опять-таки в слове «мера» много значений. И у самого названия «мера тел» столько трактовок может быть, что нам очень нравится.

Получается, что от разнообразия трактовки выстраивался визуальный ряд?

Исаев: Нет, название на визуальный ряд никак не влияло.

Семченко: Наоборот, работа повлияла на название.

Исаев: Первоначально у Пашки была идея сделать спектакль по таблице Менделеева.

Семченко: Химических элементов.

Исаев: Да. И потом мы стали думать, как это сделать. Вот идея – балет на основе химических элементов.

А вы пришли уже с идеей к Татьяне?


Исаев: Мы сперва приехали, посмотрели. Я сначала тогда один ездил. Сквозь эту идею я смотрел какие-то репетиции, потом спектакли.

Сколько длился постановочный период «Меры тел»? Насколько максимальным было ваше присутствие?

Исаев:
Присутствие было стопроцентное, без нас они ничего не делали. В целом это заняло два или три месяца, я уже не помню.

Семченко: Два месяца.

От чего больше шла дальнейшая работа, от ваших внутренних решений или от хореографии Татьяны Багановой? Что появилось раньше, движение или образ?


Исаев: Это же такой совместный проект.

Семченко: Такое сращивание.

Исаев: Мы предлагаем обстоятельства, мы предлагаем систему, в которой огромное количество ограничений: стилистических, смысловых и так далее. Там просто очень мало возможности для маневра, а Таня все это переводит в хореографию. В принципе, все работы придуманы самими участниками. Мы ничего не придумывали, мы только создавали ситуации, мы их только провоцировали.

Ваш друг, театральный теоретик Борис Понизовский, который в свое время на вас повлиял, считал, что «актер должен быть автором». Вы учитывали танцовщиков в таком ключе?


Семченко: Совершенно верно. В этой работе танцовщики стопроцентные соавторы.

Исаев: Мы предлагали поимпровизировать в таких условиях. Там же структура такая, что за каждым актером закреплен определенный химический элемент из таблицы Менделеева. Этому химическому элементу мы навязали некий человеческий характер. То есть, условно говоря, йод должен быть таким-то, а медь – такой-то. Плюс к этому, каждому эпизоду, каждому фрагменту спектакля соответствует один из русских народных праздников, про которые уже все забыли. Плюс каждому персонажу, в каждом эпизоде определенная стилистика поведения.

Семченко: Там такие праздники, как, например, Бабьи каши, Самоедица или Головосеки. Мы подаем танцовщикам какие-то предложения, нам выдают какие-то импровизации. Мы в эти импровизации добавляем свои какие-то пожелания, потом уже Татьяна делала хореографически отточенные фрагменты.

Наверное, у всех предметов и аксессуаров, которые задействованы в ваших работах есть история появления. Какие-то предметы и объекты вы привозите из гастролей или находите винтаж здесь, в России. Как собирался весь тот предметный мир, ваша условная таблица Менделеева?

Семченко:
На самом деле все просто. Мы нарисовали и нам уже по чертежам часть изготовили.

Исаев: Свет нам тоже изготовили на специальном промышленном предприятии. Нам, например, нужны были аутентичные деревянные куклы, так мы с Пашкой пошли в лес, спилили три дерева, потом ошкурили. Что-то сами делали, что-то нам.

Такого не было, чтобы вы что-то специально искали на каких-нибудь блошиных рынках?

Исаев: На блошиных рынках сложно что-то целенаправленно искать, потому что очень мала вероятность что-то найти. Но на блошиные рынки мы ходим, если приглянулась вещь, исходит от нее какая-то история, то мы ее берем. И она ждет своего часа на полочке. По каким-то магазинам еще ходим.

Семченко: Все костюмы, например, из секонд-хенда.

Исаев: Слово «винтаж» неправильное, современные вещи тоже нас интересуют.

В этом году вы провели ряд мастер-классов в лаборатории «Визуальный театр» образовательного проекта «Институт театра». Вам часто приходится выступать в такой роли?

Исаев: Пашке более часто, я все время отказывался. Сейчас решил согласиться.

Семченко: Хотя год целый ты преподавал в магистратуре.

По-вашему, что прежде всего должен учитывать художник, работающий в театре?

Семченко: Чувство меры!

Исаев:
Сложно сказать, потому что все зависит от задачи и от режиссера. Слабому режиссеру нужно помочь раскрыться, а гениального режиссера нужно просто обслужить.

А у вас нет такого, что вы вдохновляетесь городским пространством? Вы же много путешествуете?


Исаев: Мы и пустынями вдохновляемся.

Семченко: Но долго там не протянешь.

Исаев: Конечно, все равно в город хочется.












театр: Театр "Провинциальные танцы", Екатеринбург соместно с Инженерным театром "AXE", Cанкт-Петербург
когда: 28 марта, 19.00
где: Театр Наций



КОНКУРС ТАНЕЦ ХУДОЖНИК МЕРА ТЕЛ





КОНКУРС МАСКА+ НОВАЯ ПЬЕСА СПЕЦПРОГРАММА ДРАМА КУКЛЫ ОПЕРА ОПЕРЕТТА-МЮЗИКЛ БАЛЕТ СОВРЕМЕННЫЙ ТАНЕЦ ЭКСПЕРИМЕНТ СПЕКТАКЛЬ РЕЖИССЕР ЖЕНСКАЯ РОЛЬ МУЖСКАЯ РОЛЬ ХУДОЖНИК ХУДОЖНИК ПО СВЕТУ ХУДОЖНИК ПО КОСТЮМАМ ДИРИЖЕР КОМПОЗИТОР



ПРИСОЕДИНЯЙСЯ