Игорь Гордин

Люди

"Кто боится Вирджинии Вулф", МТЮЗ, Москва


«Кто боится Вирджинии Вулф» – сложная психологическая драма, в которой именно актеру приходится держать на себе все действие. С чего началась для вас работа над ролью Джорджа, что было самым сложным в партитуре роли?

Действительно, спектакль держится на актерах, на взаимоотношениях. Это психологический театр в хорошем смысле слова. Он стал в последнее время редкостью, и зрители удивляются, когда видят такую технику актерской игры. В данном спектакле очень подробный режиссерский разбор помогает актерам действовать на площадке. Работа над ролью начинается с того, что актер внимательно читает пьесу, но с Камой Гинкасом эта работа всегда начинается неожиданно.
На меня пьеса «Кто боится Вирджинии Вулф» произвела очень сильное впечатление. Есть две известные экранизации: голливудский фильм с Элизабет Тейлор и Ричардом Бертоном и телевизионная постановка – спектакль театра «Современник» с Галиной Волчек и Валентином Гафтом, снятый Валерием Фокиным в 80-х годах. Последний я видел молодым человеком; я тогда многого не понимал, но почувствовал, что это было что-то настоящее, рожденное из глубин подсознания.
Во время нашего спектакля зритель много смеется, и это хорошо, потому что пьеса тяжелая, а, согласно Гинкасу, чем тяжелее материал, тем он легче должен начинаться. В спектакле есть легкость и юмор, заложенные в пьесе, они помогают находить контакт со зрителем, который погружается в семейную драму, жестокий эксперимент двух немолодых людей над юными существами.


Как бы вы охарактеризовали своего героя, и есть ли частичка Джорджа в вас?

Конечно, есть. Я пытаюсь в каждой работе идти от себя. Моя судьба складывалась иначе, чем у Джорджа, но я думаю, что такой способ взаимодействия с миром, когда человек защищается, закрывается и использует иронию, мне близок. Хотя ни личная, ни научная жизнь этого человека не сложилась, задача прожить жить достойно оставалась для него главной. Тут есть два пласта: первый – взаимоотношения с его женой Мартой, которые развиваются одновременно в форме любви и ненависти, вторая – его взаимоотношения с тем делом, которое он любит, – с историей, с наукой. Второй пласт для мужчины всегда важнее. Что касается меня, то я стараюсь вкладывать свои личные переживания и мысли в то, что я делаю, но при помощи режиссера, который направляет и очень точно расставляет акценты.


Квартира Джорджа и Марты представляет собой поле боя, игровое и интеллектуальное. Что нужно сделать, чтобы выиграть?

Мне кажется, что здесь нет выигравших, они все проиграли. Это игра не на жизнь, а на смерть. В финале – все раздавлены. В словах Джорджа и Марты, когда они говорят: «Не боюсь Вирджинии Вулф!», есть перекличка с чеховским «Надо жить!». Такая страшная и неудавшаяся жизнь, но, тем не менее, они ее не боятся.


Как вам кажется, могут ли герои вырваться из замкнутого круга, разбить иллюзии и жить настоящей жизнью?

Мне кажется, уже нет. Они пытаются развеять иллюзии, связанные с сыном, потому что это основная иллюзия, которую они придумывают для себя, чтобы жить. Джордж придумал ее когда-то для Марты, так как для женщины важно существование ребенка. Но в какой-то момент он решает с ней покончить, перестать жить иллюзией, посмотреть трезво на свое существование. Мы не говорили о том, что их ждет. Но в этом умолчании есть отсылка к Чехову: они будут работать, буду грызть друг друга, любить и ненавидеть.


Вы играете преимущественно в малом пространстве. «Кроткая» идет в Белой комнате, «Дама с собачкой» – практически моноспектакль, «Вирджиния Вулф» играется в фойе театра, где актеры остаются наедине со зрителем и текстом. Удается ли раскрыться перед зрителем и включить его в игру?

Камерное пространство требует особого существования. Тут нельзя сфальшивить. На большой сцене можно за что-то спрятаться, на малой сцене я вхожу в такой тесный контакт, что любая фальшь будет видна. Это интимный способ разговора со зрителем, актер при этом ничем не защищен и открыт. Здесь есть возможность разговора глаза в глаза, на большой сцене ты лишен этого средства выразительности. На большой сцене только дыхание и реакция зала дают тебе возможность почувствовать, насколько ты находишься с ним в контакте, а в малом пространстве ты всегда понимаешь и видишь, удается ли сегодня захватить зрителя и вовлечь в разговор или нет. В малых пространствах мы приближаемся к жизненной правде.
У меня уже большой опыт, почти двадцать лет я работаю в малых пространствах в спектаклях Гинкаса, постепенно выработался какой-то способ существования. Но артисту важно не потерять и способность существовать большой сцене.


Игорь, вы ведущий актер МТЮЗа, более двадцати лет работающий с Камой Гинкасом и Генриеттой Яновской. Какие театральные заветы режиссеров для вас наиболее важны?

У Генриетты Яновской есть особый режиссерский прием, который она называет «выше боли». Каждый человек несет в себе какую-то драму. Актер должен принимать эту боль, быть выше, преодолевать ее. Чтобы была возможность заниматься искусством, у человека должно болеть в душе, он должен быть не спокоен.
Кама Гинкас говорит: «Надо открыться», – то есть быть абсолютно незащищенным, откровенным перед зрителем.


Есть ли одна сквозная линия, которая объединяет всех ваши персонажи?

Все это несчастные люди, которые ищут счастья и не находят его. Многие герои ищут любовь, теряют любовь, не находят любовь. Любовь является проверкой для человека. В «Даме с собачкой» любовь, обрушившаяся на Гурова, его раздавливает. Любовь в «Кроткой», с одной стороны, возносит, но, с другой, тут же бьет об землю. Любовь в «Медее» мучительна. В «Кто боится Вирджинии Вулф» есть любовь, которая человека уничтожает. Так получается, что любовь, которая должна нести свет, возносить человека, в действительности уводит человека вниз.












театр: МТЮЗ, Москва
когда: 29 марта, 19:00
где: МТЮЗ



КОНКУРС ДРАМА МУЖСКАЯ РОЛЬ КТО БОИТСЯ ВИРДЖИНИИ ВУЛФ





КОНКУРС МАСКА+ НОВАЯ ПЬЕСА СПЕЦПРОГРАММА ДРАМА КУКЛЫ ОПЕРА ОПЕРЕТТА-МЮЗИКЛ БАЛЕТ СОВРЕМЕННЫЙ ТАНЕЦ ЭКСПЕРИМЕНТ СПЕКТАКЛЬ РЕЖИССЕР ЖЕНСКАЯ РОЛЬ МУЖСКАЯ РОЛЬ ХУДОЖНИК ХУДОЖНИК ПО СВЕТУ ХУДОЖНИК ПО КОСТЮМАМ ДИРИЖЕР КОМПОЗИТОР



ПРИСОЕДИНЯЙСЯ