Любовь Андреева

Люди

"Up&Down", Театр балета Бориса Эйфмана, Санкт-Петербург


Как бы вы могли охарактеризовать свою героиню, Николь Уоррен?

Она интересна мне, прежде всего, как персонаж, проходящий путь от беззащитной пациентки клиники для душевнобольных до уверенной в себе светской дамы. Эволюция образа происходит последовательно, на протяжении двух 45-минутных актов. За это время ты должен передать самые разнообразные состояния и эмоции – от безумия и страха до влюбленности, наступающей после знакомства героини с психиатром Диком Дайвером. Затем Николь начинает проявлять изобретательность и коварство, на которые способны одержимые страстью женщины. Героиня как бы культивирует в себе болезнь, использует ее как крючок, позволяющий удержать доктора рядом. Но поскольку параллельно происходит деградация Дика, теряющего свой талант и самого себя, пускающегося во все тяжкие, Николь в конце концов оставляет его. Героиня побеждает психический недуг и возвращается в высший свет.

А пластический рисунок? Вы достаточно давно танцуете у Бориса Яковлевича. Сочиненная им партия Николь отличается принципиально от того, что вы уже делали?

Конечно, отличается. Особенно во втором акте, где труппа исполняет свинговые номера. Это другие костюмы (высокий каблук, шикарное платье), иная эмоциональная атмосфера, и, конечно же, – особая пластика. На репетициях с нами работали известные танцовщики Герман Мажирин и Елизавета Светлова, которые помогли труппе освоить пластический стиль «ревущих двадцатых». Эйфмановская хореография (которую Борис Яковлевич постоянно совершенствует и развивает) органично переплетена в балете «Up & Down» с атмосферой и ритмами Века Джаза.

Вам, как классической танцовщице по школе, комфортно существовать так – на каблуках, без пуантов?

Я исполняю хореографию Бориса Эйфмана уже пятый год, и сейчас мне абсолютно комфортно в этом материале. Первое время и тело, и сознание сопротивлялись: мышцы постоянно болели, все установки усваивались достаточно нелегко. Реакция предсказуемая: ты девять лет учишься держать квадрат или ось, танцуешь классику, а затем приходишь в труппу Эйфмана, где все совершенно иначе. Сначала я даже не понимала, как в принципе можно исполнять такие партии. Особенно поддержки, когда ты то взлетаешь вверх, то словно обволакиваешь партнера своим телом. Для меня это было потрясение. Но интерес и азарт оказались настолько сильными, что я сумела перестроиться и теперь уже не мыслю себя вне хореографии Бориса Яковлевича.

Вы упомянули о довольно больших эмоциональных перепадах в роли. Всего два часа времени, и за это время в образе происходят такие кардинальные метаморфозы. Как вы справляетесь с этим?

Внутренняя драматургия спектакля направляет и поддерживает артистов. В репетиционный же период нам всегда помогает Борис Яковлевич. Когда он ставит, то объясняет каждый жест. У нас в балете нет пустого действия, абстрактных движений – все наполнено смыслом. Танцуя, мы проговариваем про себя содержание каждого хореографического элемента. Естественно, очень важен подготовительный этап. Ты читаешь литературный первоисточник, смотришь экранизации, переосмысляешь материал, чтобы затем привнести свои оттенки в выстраиваемый образ. У нас каждый артист - вне зависимости от того, солист он или танцовщик кордебалета – проживает на сцене жизнь своего персонажа.

Вы могли бы подробнее рассказать про подготовительный период? Какие материалы помогали работать над ролью?

Когда стало известно, что Борис Яковлевич будет создавать балет по роману «Ночь нежна», я, конечно же, прочла книгу Фицджеральда. Затем посмотрела старый фильм Гении Кинга. Мне было интересно погрузиться в эпоху 1920-х, узнать как выглядели и вели себя люди того времени, под какие ритмы проходила их жизнь. Потом началась работа с Эйфманом в балетном зале, наполненная поисками новых пластических средств и художественных решений. На данном этапе каждый персонаж приобрел четкую законченную структуру. Вообще, наши спектакли не ставятся по шаблону. Репетируя с артистами, Борис Яковлевич всегда творит. Недавно в Петербурге прошли съемки фильма-балета «Up & Down» (в конце января, незадолго до показа спектакля на фестивале «Золотая маска» был окончен съемочный период - прим.авт.), и в процессе работы многое в постановке было подкорректировано. 8 и 9 февраля зрители увидят на сцене Александринского театра уже усовершенствованный вариант спектакля. Наши балеты постоянно обретают новые краски.

Дает ли вам Борис Яковлевич высказаться в процессе репетиций, что вы сами чувствуете о своих героях, что прочитали и нашли для себя?

Мы - глина в руках хореографа. Он ваяет из нас то, что хочет в итоге увидеть на сцене – разумеется, отталкиваясь от индивидуальных исполнительских возможностей танцовщиков. Наши тела становятся знаками, складывающимися в хореографическую партитуру – подобно тому, как слова образуют текст литературного произведения. Безусловно, основная задача артистов труппы – точно реализовать замысел Бориса Эйфмана. Но это не означает, что мы лишены возможности предлагать хореографу свои идеи.

Сам процесс погружения в сознание больной женщины дается вам тяжело?

Если брать именно «Up & Down» (Любовь танцует еще несколько партий, так или иначе связанных с безумием героини - прим.авт.), то я выработала для себя некоторые правила, ритуалы. Перед началом спектакля, когда другие артисты приходят на сцену разогреваться, я всегда удаляюсь за кулисы и сажусь где-нибудь в укромном месте. На некоторое время я отрешаюсь от всего, ни с кем не разговариваю. Происходит своеобразный сеанс медитации, позволяющий настроиться на очень тяжелую в психологическом и физическом отношениях роль. Уже первое мое появление на сцене (эпизод, в котором отец приводит Николь в клинику) требует серьезной эмоциональной отдачи. Героиня стоит, охваченная внутренним трепетом, и едва лишь доктор дотрагивается до нее, у Николь начинается истерика. Чтобы достойно танцевать подобное и выдерживать весь спектакль, просто необходимо на время уходить в себя.

А после спектакля вы легко "возвращаетесь к жизни"?

Моей героине уготована благополучная судьба. В конце мы видим Николь роскошной и успешной женщиной, облаченной в дорогое платье и сверкающей украшениями. В ее манере держаться появляются холодность и надменность. Николь бросает потерпевшего крах Дика и уходит со своим новым спутником Томми. Впрочем, за драматичной развязкой следует энергичная «бисовка»: все артисты выходят на сцену и танцуют свинг. Поэтому после спектакля зрители не будут покидать театр с тяжелым сердцем. Путь Николь – восхождение, сплошной «up». Путь Дика – «down», безостановочное падение вниз. Мое эмоциональное состояние после исполнения партии в этом балете полностью противоположно тому, что по окончании спектакля чувствует Олег (Габышев, партнер Любови – прим.авт.).

В своих интервью вы говорили, что вам тяжело работать в образе "роковой женщины" Грушеньки(в балете "По ту сторону греха" - прим.авт.). Николь с ней чем-то схожа?

Прямого сходства между персонажами нет. Грушенька – прирожденная искусительница, сирена. Натура Николь, как мне кажется, более сложная. Я имею в виду даже не ее психический недуг, а то мучительное состояние внутренней борьбы, в котором пребывает героиня. Она продолжает любить Дайвера и в то же время не находит сил оставаться с ним. Дик – болезнь Николь, ее прошлое. В какой-то момент он начинает тянуть героиню назад – в состояние безумия и беспомощности. И Николь понимает, что недуг не отступит, пока она не расстанется с доктором. Героиня переступает через себя, свои чувства и начинает новую жизнь. Конечно, Дик в свое время протянул ей руку помощи и более того: пожертвовал всем ради Николь. Но она была вынуждена пойти на болезненный разрыв с Дайвером – чтобы исцелиться и стать сильнее.

В "Up & Down" довольно разнообразная музыка, Франц Шуберт, Альбан Берг и Джордж Гершвин. Как вы существуете в такой звуковой среде?

С исполнительской точки зрения самым тяжелым композитором для меня оказался Берг. Поначалу в дуэтах, поставленных на его произведения, было трудно находить правильные акценты. Но когда ты изо дня в день репетируешь под музыку Берга, то уже знаешь каждую ноту и чувствуешь себя уверенно. Что касается Шуберта и Гершвина, то их сочинения невозможно не любить. Слыша эту музыку, ты всегда ощущаешь прилив радости.

Как в целом строятся ваши отношения с музыкой в спектаклях?

Даже зная партию в совершенстве, мы не танцуем как автоматы, а слушаем партитуру, следим за акцентами. Двух одинаковых спектаклей, как известно, не бывает. Каждый отмечен своими исполнительскими нюансами – пластическими, эмоциональными, ритмическими. Правда, у нашего театра нет своего оркестра, балеты идут под фонограмму. Это облегчает артистам жизнь, ведь музыка в спектакле всегда звучит одинаково. Когда работаешь под живой оркестр, ты вынужден постоянно подстраиваться под дирижера, который может по-разному преподносить материал.

У вас есть опыт работы в качестве хореографа. Насколько Ваши интересы в данной творческой области созвучны со стилем, в котором вы танцуете у Бориса Яковлевича?

Здесь наблюдается полная гармония. Я ведь не только пробую себя в качестве самостоятельного хореографа, но и работаю как ассистент Бориса Яковлевича. В этом статусе я вместе с нашим солистом Дмитрием Фишером участвовала в постановке балета «Up & Down», а также в подготовке новых версий «Реквиема» и «Красной Жизели». Для меня подобный опыт бесценен. Еще в период обучения в Белорусской государственной академии музыки по специальности «хореограф-балетмейстер» я никогда не ставила классические номера, а стремилась работать с пластикой современного танца. Она всегда была мне ближе и интереснее.

А интересно ли вам работать с бессюжетным танцем?

Я тяготею к сюжетному танцу, и я очень рада, что работаю у Эйфмана. Спектакли Бориса Яковлевича отличаются драматургической выстроенностью и содержательностью. В них неизменно присутствует философское начало. Сейчас многие хореографы занимаются тем, что ставят на музыку набор случайных движений. Я же – за содержательную, интеллектуально наполненную хореографию. Именно такое искусство и создает наш театр.












театр: Театр балета Бориса Эйфмана
когда: 9 февраля, 19.00
где: Александринский театр, Санкт-Петербург



КОНКУРС БАЛЕТ UP&DOWN ЖЕНСКАЯ РОЛЬ ЛАУРЕАТ





КОНКУРС МАСКА+ НОВАЯ ПЬЕСА СПЕЦПРОГРАММА ДРАМА КУКЛЫ ОПЕРА ОПЕРЕТТА-МЮЗИКЛ БАЛЕТ СОВРЕМЕННЫЙ ТАНЕЦ ЭКСПЕРИМЕНТ СПЕКТАКЛЬ РЕЖИССЕР ЖЕНСКАЯ РОЛЬ МУЖСКАЯ РОЛЬ ХУДОЖНИК ХУДОЖНИК ПО СВЕТУ ХУДОЖНИК ПО КОСТЮМАМ ДИРИЖЕР КОМПОЗИТОР



ПРИСОЕДИНЯЙСЯ