Марфа Горвиц

Люди

"Золушка", Театр «Практика», Москва


Когда Вам в руки попала пьесе Жоэля Помра и как из нее родился спектакль?

Пьеса попалась мне во время читок в рамках фестиваля «Большая перемена». Это было осенью 2012 года. Читки были посвящены новым французским пьесам. Маша Крупник [куратор фестиваля – прим.] прислала мне десять пьес, чтобы я могла выбрать. Когда я прочитала «Золушку», у меня не было сомнений: я решила, что работать надо именно с ней. Почему-то была уверена, что все режиссеры, которые участвовали в читке, подумали так же. Поэтому ночью же позвонила Маше и сказала, что пьеса занята.

Чем она Вас так зацепила?

Есть какой-то бэкграунд, ассоциативный ряд. Название пьесы отсылает к знаниям, которые у каждого из нас уже есть. Когда берешь совсем новую пьесу, ты имеешь с ней дело вне контекста. Это совершенно новый текст, новая история. А в случае с «Золушкой» есть сюжет, который знают все. Меня всегда интересовали новые интерпретации известных сюжетов. Это не инсценировка, а авторский взгляд.
Для меня то, что написал Помра, – это уже и есть режиссура, режиссерское видение сюжета. Мне понравилось, что это не стеб, не дешевая пародия, а глубинный анализ, осмысление каждого персонажа. Мы с детства привыкли, что мачеха злая. А почему она злая? С какой стати? Просто злая, и все. Это не интересно с точки зрения театра. Это клише. Ребенок всегда задаст вопрос: «Почему?» Вот и Помра задается этим вопросом. Его пьеса – это фантазия на тему того, как все могло бы быть.

Между читкой и выходом спектакля прошло два года. Спектакль так долго делался?

Все два года шла непрерывная работа. Сначала была читка, и мы решили, что идея очень жизнеспособна. Мы сделали эскиз в «Мастерской на Беговой». Дальше было обсуждение, после него стало ясно, что спектакль нужно делать. Нужно было искать деньги, а главное – театр, в котором можно спектакль поставить. Театр «Практика» согласился.

Как происходил подбор актеров? Вы хотели на эти роли взять кого-то конкретного изначально, или все происходило в процессе?

И так, и так. Изначально я видела Золушку. Когда я прочитала пьесу, сразу написала Наде [Лумповой – исполнительнице роли Золушки – прим.], и Надя согласилась. Но со времени первой читки все актеры, кроме Нади, поменялись. Остальные появлялись путем репетиций, проб. Кого-то я не устраивала, кто-то не устраивал меня. Это был длительный процесс.

Почему роль феи исполняет мужчина? Это ваше видение, или у Помра тоже так?

Нет, у Помра это женщина. Во время читок нам помогала Роза Хайруллина. Это был потрясающий опыт, но, к сожалению, у нас с ней не совпали графики. Срочно нужно было найти подходящего артиста. Я помню, как шла домой с репетиции и мне пришла в голову спасительная мысль: если мы не можем найти женщину, надо поискать мужчину. Я подумала, не перегибаю ли палку. Но в итоге роль феи прекрасно исполняет Леша Розин. Поскольку он очень занятой человек, недавно в качестве второго состава к нам присоединился не менее прекрасный Леша Колубков.

Вы не только режиссер спектакля, Вы еще занимались сценографией. Это было Ваше решение, или так сложилось в процессе работы?

Я вынужденный сценограф. Так получилось. Поскольку все действие спектакля отсылает к психоанализу, разбору внутренних проблем, хотелось создать какое-то стерильное помещение, которое не будет отвлекать. Так появились черные силуэты в белой комнате. А прозрачную мебель мы взяли у Помра. У него написано, что дом был стеклянный. Мы не можем построить стеклянный дом на сцене. Поэтому, чтобы сохранить чувство прозрачности, стерильности мы сделали надувную прозрачную мебель.

Вы сказали про психоанализ. Во время работы над спектаклем Вы изучали какую-то специальную литературу?

Я пыталась в это углубиться, купила книжки Фрейда, но у меня ничего не вышло. Психоанализ нам нужен был чисто технически. Я в последнее время очень настороженно отношусь к театру, где артисты входят в двери и на сцене начинают играть. Я хочу, чтобы артист входил в мизансцену и по хлопку включался в действие. Есть такое понятие «расстановки по Хеллингеру», когда люди-заместители встают в мизансцены и начинают проигрывать ситуацию, которая была уже много раз. То есть прорабатывают какие-то важные вещи, пропуская их через себя.

Поэтому актеры выходят из зала?

Да, у нас первый актерский ряд стоит перед первым зрительским. Героем пьесы может быть любой из нас, все ситуации клишированные: трудные подростки, успешная женщина, несчастная в личной жизни, и так далее. Это разные типажи, доведенные до абсурда.

Можно сказать, что «Золушка» – это пример психологического театра?

Нет. Мы как раз этого избегали. Если психологические проблемы играть психологически, можно сразу умереть всем в зале. Нужна некоторая степень отстранения. Надеюсь, что нам удалось достигнуть брехтовского эффекта, когда нет отождествления себя с персонажем, а есть рассказ об этом персонаже. Это особый дар – играть, не залезая в печенки персонажа.

Многие считают, что детство должно быть уютным, теплым и розовым, тогда ребенок вырастет здоровой личностью без комплексов. Вы же всегда подчеркиваете, что Вы против розовых очков. Почему?

Я за честность. Специально запугивать ребенка не надо. Но создавать иллюзорную реальность тоже нет смысла. Если тебя воспитывают в комнатных условиях, ты будешь думать, что это норма и вся жизнь будет такой. Я считаю, что дети должны расти в естественных условиях. Их не надо обманывать и делать вид, что проблем нет, если они есть. Вот и все.
Ограничение по возрасту в нашем спектакле 12+. 12 лет – это уже взрослый человек, который понимает, что человек смертен. Возможно, он уже сам потерял кого-то из родственников, он понимает, как функционирует этот мир.

Вы обращаете внимание, кто приходит на спектакль? Кого больше: детей или взрослых?

Взрослых больше. Дети единичны, и мне это очень нравится, потому что это неслучайные дети. Это дети, у которых по-настоящему классные, доверительные отношения с родителями. Это не тот вариант, когда ребенок смотрит спектакль, а родитель сидит в это время в фейсбуке. Они идут как друзья, как собеседники.












театр: Театр «Практика», Москва
когда: 1, 2 и 13 апреля, 19:00
где: Театр «Практика»



КОНКУРС ДРАМА РЕЖИССЕР ЗОЛУШКА





КОНКУРС МАСКА+ НОВАЯ ПЬЕСА СПЕЦПРОГРАММА ДРАМА КУКЛЫ ОПЕРА ОПЕРЕТТА-МЮЗИКЛ БАЛЕТ СОВРЕМЕННЫЙ ТАНЕЦ ЭКСПЕРИМЕНТ СПЕКТАКЛЬ РЕЖИССЕР ЖЕНСКАЯ РОЛЬ МУЖСКАЯ РОЛЬ ХУДОЖНИК ХУДОЖНИК ПО СВЕТУ ХУДОЖНИК ПО КОСТЮМАМ ДИРИЖЕР КОМПОЗИТОР



ПРИСОЕДИНЯЙСЯ